g_ryurikov: (Default)

Миф №8: «Теория эволюции – это человеконенавистническая идеология, которая оправдывает геноцид, ведь там сказано “выживает сильнейший”».

Согласны ли вы с утверждением, что микробиология оправдывает гибель людей от инфекционных заболеваний? Или что теория всемирного тяготения ответственна за все авиакатастрофы? Естественные науки указывают на какие-то механизмы происходящего в природе, но они ничего не «оправдывают», в них вообще отсутствует такая категория. Законы природы не являются прямым руководством к действию – если ваш телефон тяжелее воды, это не значит, что нужно бросить его в прорубь. Утверждение, что бензин относится к категории легковоспламеняемых веществ, не порождает автоматически сентенцию «ну и пусть горит ярким пламенем!» и не заставляет вас кидать спичку в бензобак.

Наоборот, научное знание может являться предостережением, – чего не надо делать, если вы хотите чего-то избежать. Любые законы природы в принципе могут быть сформулированы в виде «если А, то В», то есть говорят о наступлении каких-то последствий при соблюдении каких-то условий. И не говорят, что эти условия надо стараться соблюдать.

Теория естественного отбора предсказывает, что если у вас диабет, и если вас оставить без уколов инсулина, вы, скорее всего, не выживете. Или что если отказаться от вакцинации, то детская смертность резко подскочит. Или что если всем отключить зимой отопление, то это позволит отобрать самых «холодоустойчивых». Или если для того, чтобы вы получили на работе свою зарплату, потребовать, чтобы вы сначала догнали бухгалтера (а бухгалтером назначить профессионального спортсмена), то это позволит отобрать среди сотрудников самых быстрых.

Теория естественного отбора предсказывает, что будет, если так поступать. Но не говорит, что так поступать нужно.
g_ryurikov: (Default)

Миф №7: «Если нынешним обезьянам дать достаточно времени и подходящие условия, они тоже, возможно, превратятся в людей».

Неправильная интерпретация утверждения «человек происходит от обезьяны» часто приводит к ложному мнению, что эволюция в направлении «очеловечивания» просто обязана происходить для любой обезьяны. Это не так. Простой факт состоит в том, что у современных обезьян было достаточно времени, – строго говоря, столько же, сколько и у любых других живущих на Земле существ. За одно и то же время от общего предка всех гоминид произошли гориллы – в одном случае, и люди – в другом. Каждый ныне существующий вид – результат уникального эволюционного пути; каждый ныне существующий вид – не какая-то ступень общей для всех лестницы, по которой ему предстоит подняться, а концевая веточка ветвящегося эволюционного древа. Люди пошли по пути увеличения мозга, гориллы – по пути развития мощной жевательной мускулатуры. И с их точки зрения мы – такие же «недоделанные» в этом отношении существа.
g_ryurikov: (Default)

Миф №6: «Дарвин в конце жизни отказался от своей теории».

Это просто ничем не подтверждённая байка.
g_ryurikov: (Default)

Миф №5: «Эволюция идёт от простого к сложному».

Представление о том, что постепенное усложнение – сущностная и неотъемлемая черта биологической эволюции – миф, уходящий корнями довольно далеко в додарвиновскую эпоху. На самом деле в рамках современной эволюционной биологии (опирающейся, как уже упоминалось, на теорию Дарвина), такое требование к эволюции ни из чего не следует. Согласно дарвиновской модели, эволюция должна быть адаптивной – то есть идти в направлении появления свойств, делающих организмы более приспособленными. Иными словами, изменения должны быть полезны; а все мы знаем, что усложнение – далеко не всегда лучший и уж тем более не универсальный способ что-то усовершенствовать. Если в каких-то конкретных условиях выгодно упрощаться – эволюция вполне может пойти по этому пути, и таких примеров достаточно.

Помимо этого, показано, что у эволюции, кроме адаптивной, есть существенная случайная компонента. Движение по пути эволюции более-менее закономерно с точки зрения адаптивности, но выбор между конкретными путями («приблизительно одинаково хорошими») осуществляется случайно. Понятное дело, что случайные изменения тоже не обязаны непременно приводить к закономерному усложнению.

Другое дело, что если мы попытаемся как-то описать главные, самые интересные события, происходившие в ходе эволюции жизни на Земле, в этом списке у нас окажется гораздо больше изменений, сопровождавшихся усложнением, чем сопровождавшихся упрощением. Дело в том, что описание истории жизни на Земле начнётся с тех форм, которые были первыми, – а они были простыми. Иными словами, самые простые мыслимые формы жизни, вероятно, существовали на нашей планете «с самого начала».

Все разнообразные организмы, населяющие Землю в настоящий момент – результат очень длительной эволюции, начавшейся порядка четырёх миллиардов лет назад. Некоторые из них на этом пути усложнились весьма существенно (примеры, я думаю, излишни), какие-то тоже изменились, но при этом сохранили «первозданную простоту». Наличие в рамках современного разнообразия примитивных одноклеточных организмов наталкивало некоторых ранних эволюционистов на мысль о том, что простейшие – это недавно зародившиеся формы жизни, которые ещё просто «не успели» доэволюционировать до сколько-нибудь приличного уровня. Однако современная биология возможность такой интерпретации отвергает.

Итак, если начать эволюцию «с простого» и разрешить любые изменения на шкале «упрощение-усложнение», то, разумеется, многие формы жизни будут уходить в сторону сложного, и, таким образом, сложность самых сложных форм будет с течением времени увеличиваться. Благодаря «случайным блужданиям» по этой шкале вероятность обнаружить всё более и более сложные формы растёт. Но «чей-то конкретный» эволюционный путь при этом вполне может быть как усложнением, так и упрощением.
g_ryurikov: (Default)

Миф №4: «Переходные формы так и не обнаружены».

На самом деле палеонтологические музеи просто забиты этими самыми переходными формами, в чём каждый может легко убедиться самостоятельно. Их количество столь велико, что даже не имеет смысла приводить примеры – чтобы не создать впечатления, что этими примерами дело ограничивается.

Часто при обсуждении переходных форм часто приходится слышать, что, мол, какую ни возьми, оказывается, что это не предок, а «боковая ветвь». Но требование найти буквально предка означает практически то же самое, что требование найти какого-то конкретного пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра…дедушку. На это палеонтология рассчитывать не может. В норме останки живых организмов разлагаются, возвращаясь в круговорот веществ, и тот факт, что у нас вообще есть палеонтологический материал, имеет место благодаря редким исключениям из этого правила. Если бы у палеонтологов была информация обо всех когда-либо живших на Земле организмах, тогда, безусловно, можно было бы проследить конкретные генеалогии. Но этого нет и не должно быть.

Если же под «переходной формой» мы подразумеваем не обязательно непосредственного предка каких-то ныне живущих организмов, то что тогда имеется в виду? Всё очень просто – речь идёт о формах, по своим признакам занимающих промежуточное положение между другими. Может показаться, что это банально – наличие таких форм в принципе неизбежно и без всякой эволюции; просто невозможно придумать биоразнообразие, в котором одни зверюшки по каким-то признакам не займут промежуточного положения между другими (и это касается в равной степени и вымерших, и ныне живущих форм). Но дело не в самом наличии этих переходных форм, а в том, какие именно переходные формы имеют место. Эволюционная биология, предполагая определённые сценарии происхождения тех или иных групп, предсказывает, с каким набором признаков могут быть найдены ископаемые организмы, а с какими – нет. Например, представления о происхождении птиц предсказывали, что в принципе могут быть обнаружены динозавры с перьями. И они обнаружены! А лягушки с перьями (или пауки с перепончатыми крыльями, или обезьяны с осьминожьими щупальцами), согласно этому сценарию обнаруживаться не должны, и мы их и не находим.

Более того – эволюционная биология предсказывает не только примерные характеристики тех ископаемых, которые мы можем рассчитывать найти, но и в слоях какого возраста их следует искать, и иногда даже в каких именно географических областях. И эти предсказания замечательным образом подтверждаются. И не беда, что археоптерикс оказался не прямым предком птиц – именно предположение о происхождении птиц от рептилий позволяет предсказывать появление «боковых веточек» на этом пути, и поэтому подтверждается таким образом.
g_ryurikov: (Default)

Миф №3: «Теория Дарвина устарела».

«Происхождение видов путём естественного отбора» – основополагающая работа Ч. Дарвина, в которой по большей части изложены его взгляды на механизмы эволюции живого – впервые опубликована в 1859 году, то есть более полутора веков назад. За прошедшее время биология сильно продвинулась вперёд, в том числе и в отношении представлений об эволюции. Это так. Впрочем, ещё в большей степени продвинулись соответствующие науки от геометрии Евклида или физики Ньютона. Что, разумеется, не мешает теориям Евклида и Ньютона продолжать занимать достойное место в учебниках и в определённых рамках служить основами этих наук. Как минимум то же самое можно сказать и в отношении теории Дарвина. История современной эволюционной биологии началась именно с «Происхождения видов» и следовала по пути развития, дополнения, уточнения, кое-где корректировки идей Дарвина, но нигде в ней нет того, что можно было бы назвать «опровержением». Скорее наоборот – путь эволюционной биологии демонстрирует нам череду замечательных подтверждений предсказаний, сделанных Дарвином (например, в отношении многих переходных форм, которые Дарвином были предсказаны, но обнаружены существенно в более позднее время), а также решения многих проблем теории, не разрешённых в его время (в частности, использование данных генетики позволило снять проблему «кошмара Дженкина», сильно беспокоившую Дарвина).
g_ryurikov: (Default)

Миф №2: «Эволюционная биология противоречит христианской вере».

Собственно, определять соответствие христианскому вероучению чего бы то ни было – не моё дело, но я могу оперировать общедоступными фактами.

Во-первых, среди серьёзных учёных-биологов процент признающих факт эволюции – 100%. Верующих среди них довольно много. Да, среди учёных процент верующих в среднем несколько ниже, чем в среднем по больнице, но он всё равно довольно высок. И как-то им вполне удаётся это совмещать. Более того, среди них есть учёные, изучающие именно эволюцию, в том числе ведущие эволюционисты. Так, например, глубоко верующим христианином был Ф. Г. Добжанский – один из создателей СТЭ (синтетической теории эволюции) и автор известного эссе «Ничто в биологии не имеет смысла кроме как в свете эволюции». Христианином является Фрэнсис Коллинз, эволюционист и генетик, руководитель проекта «Геном человека», описавший свои взгляды на взаимодействие религии и эволюционной биологии в своей популярной книге «Доказательство Бога».

Более того, некоторые соображения, которые обычно приводятся как аргументы в пользу эволюции живого, в общем-то, не только не противоречат, но, наоборот, напрямую опираются на представления верующих о Боге. Собственно, эта традиция берёт начало как минимум с Дарвина, который, например, писал так:

«...Инстинкты меняются, разум формируется, и мир, населённый мириадами разнообразных существ, от вечности до наших дней и будущего, – это грандиознее, чем идея ограниченного воображения, будто Бог создал (против законов, которые сам установил для природы!) носорога яванского и носорога суматранского, и что с силурийского периода он только и делал, что творил разных моллюсков. Как это унижает величие того, кто, как считают, сказал: “Да будет свет! – и стал свет”...» (письмо Ч. Лайелю, август 1838).

Тот же Добжанский опирался именно на свои христианские убеждения, когда писал:

«Один из ранних антиэволюционистов, Ф. Г. Госсе, опубликовал книгу под названием «Омфал» («Пуп»). Главная мысль этой удивительной книги в том, что Адам, хотя у него и не было матери, был сотворен с пупком, и что ископаемые помещены Создателем туда, где мы сегодня их находим, – и это умышленный акт с Его стороны, чтобы создать видимость большой древности и геологических преобразований. Легко заметить губительный изъян в подобных взглядах. Это богохульство, обвиняющее Бога в мошенничестве. Это так же отвратительно, как и безосновательно».

Да, гностику, например, не нужно было бы объяснять, почему строение живых организмов подчас бывает столь нелепым с «инженерной» точки зрения: «Череп плоских костных рыб сам по себе – искривлённое и кособокое свидетельство своего происхождения. В его несовершенстве скрыто убедительное доказательство его истории – истории постепенных преобразований, а не продуманного творения. Никакой разработчик, имеющий возможность спроектировать камбалу “с чистого листа”, никогда, будь он в здравом уме, не выдумал бы такое уродство.» (Р. Докинз, «Слепой часовщик»). И таких примеров не только много – живая природа просто пронизана ими. Всякому биологу хорошо известно, что строение живых организмов скорее описывается строкой из песни «я его слепила из того, что было», вместо того, чтобы наводить на мысли о по-настоящему разумном творце.

Но, как говорится, поднимите руку, кто здесь гностик. Для приверженцев какой бы то ни было из массово распространённых в наше время версий христианства не подойдёт объяснение «ну конечно же, Демиург же довольно мутное и тупое существо, вот и насотворял разной ерунды».

Ещё один момент. Если с верующими профессиональными биологами мы разобрались, то что думают про эволюцию авторитетные богословы? Мнение, что христианская церковь отрицает эволюцию и порицает соответствующие взгляды, будет глубоко ошибочным. В разных ветвях христианства ситуация с этим несколько различна. В католичестве, например, есть папская энциклика, официально признающая эволюцию живого (в том числе относительно человека). У РПЦ какая-то однозначная официальная позиция на этот счёт просто отсутствует. Иными словами, со стороны церкви нет никаких формальных указаний, мешающих её прихожанам привести свои взгляды с на этот счёт в соответствие с данными современной науки. Позиция отдельных священнослужителей, придерживающихся антиэволюционных взглядов, – это, таким образом, не более чем мнение отдельных лиц. К чести сословия священнослужителей, нужно признать, что среди них были и есть люди, открыто и последовательно заявлявшие, что отрицание биологической эволюции – не более чем дикое суеверие, неприличное для современного человека (Александр Мень, Андрей Кураев и др.).
g_ryurikov: (Default)
Открываю новую рубрику под названием «Мифы об эволюции». А то слишком часто в разговорах типа «да ты чё, веришь, что мы от обезьяны произошли?» оказывается, что люди оппонируют каким-то совершенно нелепым и совершенно неприсущим эволюционной биологии утверждениям. Итак,

Миф №1: «Предполагается, что эволюция происходит исключительно благодаря случайности».

Как-то даже странно выглядит это утверждение в такой формулировке, но все эти аргументы типа «посмотрите, гора запчастей никогда не соберётся в самолёт», «обезьяна, случайно хлопая по клавишам, не напишет “Войну и мир”» – они все исходят именно из этого мифа. Причина, возможно, в ложной альтернативе «если не разумный инженер, то случайность». Вместе с тем, если подумать, то становится очевидно, что вокруг нас происходит масса процессов, которые являются закономерными и направленными, но при этом не направляются каким-то разумным существом.
Собственно, для биологической эволюции таким направляющим фактором (согласно более-менее общепринятым представлениям) является естественный отбор. Да, «кого-то», кто выбирает, здесь нет; отбор просто означает, что какие-то из случайно сгенерированных вариантов сохраняются (и служат отправной точкой для генерации новых), а какие-то нет. И если ввести пошаговый отбор в модель «обезьяна хлопает по клавишам» или «перетряхиваем запчасти для самолёта», то всё прекрасно получается. Но это уже не просто случайность.

September 2017

S M T W T F S
     12
3456 7 89
1011 12 13 14 1516
17 18 19 20 212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 21st, 2017 04:00 pm
Powered by Dreamwidth Studios